Приветствую Вас, Гость
Главная » 2011 » Июнь » 23 » Театр: вчера, сегодня, завтра
19:40
Театр: вчера, сегодня, завтра

Г. Г. Дадамян, секретарь СТД Российской Федерации, профессор Российской академии театрального искусства

Россия всегда была театральной страной. До революции театр для зрителя был не только сценой, но и гражданской трибуной, нравственной школой, сердечной привязанностью. Вольнолюбивые монологи шиллеровских героев, гоголевский смех сквозь слезы, чеховская мечта о новой лучшей жизни всегда находили благодарный отклик в душе зрителей. Не случайно, критика отмечала, что театральный сезон играл в России ту же самую роль, какую играет парламентская сессия в крупной европейской стране.

Такой же театрально ориентированной оставалась Россия и после революции. Понимая значение искусства в формировании общественных ценностей и идеалов, советская власть расширяла сеть государственных театров, финансировала их деятельность, щедро одаривала наградами, званиями и премиями послушных драматургов, режиссеров, актеров, художников, обрушивая державный гнев на инакомыслящих творцов.

Высокий престиж российского театра был общепризнан во всем мире. Однако с конца шестидесятых годов ситуация постепенно стала меняться: бурное развитие кинематографа, телевидения и музыкальной эстрады, а также более выгодные экономические условия их деятельности обусловили значительный отток талантов в эти сферы творчества. Если в 60-70-ые годы театр лидировал в иерархии искусств в массовом общественном сознании, то в середине 80-ых годов он уступает первенства кинематографу и музыкальной эстраде.

Этому были объективные причины: подмена творчества производством и диктат финансовых показателей обеспечили к середине 80-ых годов господство имитации в театральном процессе: общественные проблемы имитировались тематическим репертуаром, разнообразие названий афиши - однообразием ее проката, режиссеры имитировали "свой театр" отдельным спектаклем, труппы имитировали коллектив единомышленников, дурные показы на селе имитировали спектакли, а проданные билеты блистательно имитировали публику. В театральном королевстве постепенно девальвировались все ценности: зритель стал несущественным придатком к громоздкой театральной махине, спектакли шли в полупустых, а иногда и в практически пустых залах, но театры не закрывались - их существование обеспечивалось растущими государственными щедротами.

Эта ситуация обусловила проведение в стране в конце 80-ых годов театральной реформы. И хотя ее цель (или цели) не были ясно и четко сформулированы, однако, исходя из логики этапов этой реформы можно предположить, что она заключается в переходе от системы государственной организации и управления театральным делом в стране к системе самоорганизации театральной жизни. Это означает, что в стране, наряду с государственными и муниципальными театрами, возникает и развивается сеть частных театров и театральных коллективов различных организационно-правовых форм, складывается необходимая социально-культурная инфраструктура.

История свидетельствует, что во многом благодаря именно принципу самоорганизации культурной жизни наша. страна добилась во второй половине XIX - начале XX века удивительного расцвета культуры и искусства. Конечно, все происходит не вдруг и не сразу - по своей природе это длительный эволюционный процесс. Но это - положительный фактор, так как благодаря эволюции в театральной жизни постепенно складываются структура, нормы и механизмы согласования интересов всех ее участников. При ином подходе - крутой революционной ломке старой системы "до основания" в надежде построить что-то новое - во главу угла ставится достижение наперед заданной цели без учета реальных ресурсов и возможностей общества, законов общественной психологии и, в конечном итоге, безотносительно социальной цены такой реформы.

Среди шагов, предпринятых властью, по демонтажу "административно-командной системы" управления театральным процессом, принципиально важным нам представляется принятое 31 мая 1991 г. Советом Министров РСФСР Постановление "О социально-экономической защите и государственной поддержке театров и театральных организаций в РСФСР". Оно было, на наш взгляд, прорывом к демократическому устройству театральной жизни новой свободной России. Впервые за период советской власти в нем провозглашался отказ государства от административного вмешательства в творческую жизнь театров, оно закрепляло за театрами независимость в выборе художественных направлений, разрешало альтернативные источники финансирования и т.д.

Действительно революционным было в этом документе положение, что развитие театрального дела осуществляется на основе всех форм собственности.

После проводившейся в 1928 - 1931 гг. в СССР борьбы с "многоукладностью в культуре" в нашей стране художественная деятельность в театральном искусстве была искусственно разделена на две практически непересекающиеся сферы: на профессиональный театр, который мог быть только государственным, и второсортный самодеятельный театр. Постановление провозгласило принцип "равного достоинства" театров всех форм собственности - государственных, муниципальных и частных. То, что казалось еще совсем недавно утопией - частное предпринимательство (антреприза) - получило законное право на существование. Без этого права все рассуждения о переходе к самоорганизации театральной жизни - бессмысленны.

Надо честно признать - во многом благодаря именно этому документу российский театр выжил в первые, самые сложные годы рыночных реформ, хотя не все заявленные в нем идеи получили свое воплощение на практике.

Думается, что российский театр и его творческие деятели оказались не совсем готовыми к неожиданно наступившей свободе, а в условиях конкуренции с прессой, видео и телевидением часть из них выбрала коммерческий путь наименьшего сопротивления.

В новых, непривычных рыночных условиях жизни репертуарная линия театров сгибается, в нем находит отражение специфики переходного периода нашей истории. Наметившаяся коммерциализация театра, его всеядность - вплоть до эротики, не случайна: театр, как и искусство в целом, оказался, на наш взгляд, неготовым к деидеологизации общества. За годы советской власти театральное искусство выработало своеобразную систему "эзопова языка", когда малейший намек на критику социальной системы на сцене понимался и приветствовался зрителями. В условиях несвободы искусство выполняет несвойственные для него социальные функции, выражая в своих произведениях общественное мнение. Поэтому так высок престиж искусства и художника в несвободной стране.

Крах тоталитарной системы, гласность и свобода слова есть крах этой социальной роли искусства. Процессы демократизации общества и рост гражданского самосознания освобождает искусство от дополнительных, несвойственных ему социальных функций.

На этом первом этапе театральной перестройки важное значение для театральных деятелей имели лозунги хозрасчета и самоокупаемости театра. Дело доходило до парадоксов. В 1987 г. на Эдинбургском фестивале наши выдающиеся мастера соблазняли англичан радостями перехода на хозрасчет и самоокупаемость. Гостеприимные хозяева ни на какие уступки в этом вопросе не пошли: "Давайте условимся, - сказала Телма Хелт, представляющая Национальный Лондонский театр, - это не должен услышать Ричард Люс, наш министр культуры"1. И хотя именно под лозунгом хозрасчета и самоокупаемости сплотились наиболее известные режиссеры страны, жизнь, однако показала, что финансовая цензура страшнее цензуры идеологической. Поэтому в Законе РФ "Основы законодательства Российской Федерации о культуре" (октябрь 1992) предусматривалось, что основой государственных гарантий сохранения и развития культуры в России является государственное финансирование - ежегодно на эти цели должно выделяться не менее 2% средств из федерального бюджета и не менее 6% - из местных бюджетов. К сожалению, предусмотренный в законе порядок финансирования государственных и муниципальных театров "в соответствии с договорами, но не ниже нормативов государственного финансирования" на практике не соблюдается. Бывший министр культуры Е.Сидоров отмечает, что "государственное финансирование организаций культуры в 1992-1994 гг. было вполовину ниже законодательного уровня. Например, в федеральном бюджете ассигнования на культуру в 1994 г. составили вместо предусмотренных Законом 2% лишь 0,84% от его расходной части"2. Аналогичная ситуация с финансированием театров и в ряде регионов - в связи с экономической нестабильностью местные власти всячески экономят на культуре.

Сегодня ушла в прошлое эйфория радостных романтических ожиданий деятелей театра начала перестройки. Последние годы - время нелегких испытаний для страны, культуры, деятелей искусства. На эти годы приходится многое - августовский путч и развал великой державы, парад региональных суверенитетов, смена экономической системы, залповый выброс цен, обнищание народа, галопирующая инфляция и на фоне всего этого - переход к рынку. В новых рыночных отношениях девальвируется вся предшествующая система ценностей. Деньги - в рублевом или валютном выражении - самоуверенно утверждаются в существе в качестве главного мерила всех ценностей. Экономическое состояние страны больно ударило по театру. Сегодня единственной статьей, по которой театрам гарантируется выделение бюджетных ассигнований, осталась заработная плата и начисления на нее. Государство охотно освободило себя от финансирования новых постановок (без которых нет театра!), затрат на текущий ремонт и коммунальные услуги: театры сегодня финансируются лишь на 55 - 60% от их действительной потребности.

В последние годы российский зритель лишился гастролей. Если в 1988 - 1994 гг. эта утрата в какой-то мере компенсировалась "фестивализацией" театральной жизни, то в последние годы их число резко сократилось. Согласно данным Министерства культуры РФ, федеральные расходы на проведение гастролей уменьшаются: в 1993 г. помощь в проведении гастролей была оказана 55 театрам, в 1994 -46, в 1995- 26, в 1997 г. - ни одному. В 1995 г. 463 государственных театра показали за пределами своей территории всего лишь ... 3936 спектакля, т.е. менее 9 гастрольных спектаклей на каждый театр за год! 3

Одновременно в театральном процессе практически прекратилась естественная для этой профессии миграция актеров. Следствием стало старение трупп, зритель лишается возможности видеть на сцене новых артистов, театрам в провинции становится все сложнее формировать новый репертуар.

Встречи творческих коллективов со столичными критиками в провинции также стали редкостью. Этот информационный вакуум приводит к тому, что театры все больше "варятся в собственном соку". Обобщая, можно сказать, что рвутся традиционные творческие связи между регионами, а некогда единое театральное пространство России сегодня рискует распасться на отдельные локальные территории.

Данные социологических исследований показывают, что настроение театральной общественности в целом более чем пессимистично. Деятели театра относят себя к категории людей, оказавшихся "за бортом жизни". При этом наиболее социально незащищены самые молодые и самые пожилые артисты.

Конечно, в тяжелых социально-экономических условиях власть предпринимает некоторые шаги, чтобы помочь искусству и творческим деятелям, но, во-первых, этих усилий явно недостаточно, и, во-вторых, шаги эти имеют избирательно-дискриминационный характер.

Так, в 1994-95 гг. государственные театры были освобождены от налога на всю полученную прибыль, а муниципальные театры - только от налога на прибыль, полученной от основной деятельности. С 1996 г. для театров всех видов эта льгота отсутствует.

У власти, безусловно, могут быть свои приоритеты, свои любимчики. Однако выделение и противопоставление одной категории театров всем остальным оставляет у последних чувство обделенности, второсортности. В конечном счете, талант художественного коллектива, его влияние на современный театральный процесс и на перспективы развития мирового сценического искусства абсолютно не зависят от того государственный ли это театр, муниципальный или частный. Ведь Мельпомена и Терпсихора не выбирают, где им ночевать во дворце или хижине!

Можно сказать, что государство, декларируя идею равноправия театров, независимо от форм их (собственности, проводит на практике политику преимущественного внимания к государственным театрам, избирательного - к муниципальным и равнодушия - к частным. Такая недальновидная политика приводит к тому, что в сложных экономических условиях возникающие театральные коллективы стремятся под государственное крыло: за 1985 - 1995 г.г. их число увеличилось с 333 до 463 (+ 130)!4

Очевидно, что переход к рыночным отношениям в нашей стране имеет необратимый характер. В этом случае основные усилия и государства - в лице Министерства культуры, региональной и местной власти, - и общественных объединений должны быть направлены на формирование такой системы организации культурной жизни, в которой "на равных" взаимодействуют театры всех видов, конкретным делом доказывая свою жизнеспособность. Зрителю, в конечном итоге, неважно, где он получает эстетическое наслаждение - в государственном, муниципальном или частном театре.

Такая система содержит в себе способность к саморазвитию, ибо перспективная творческая идея получает в ней возможность своего реального воплощения. Она расширяет и демократизирует социальное пространство сценического искусства. Она вовлекает в театральную жизнь множество новых, независимых от государства организационных структур, общественных объединений и людей, которые ранее оставались вне театра.

На современном этапе развития нашей страны явственно обозначилось противоречие между тяжелым экономическим состоянием государства. и категорическим императивом развития культуры и искусства. Экономика страны настолько неблагополучна, что стоит вопрос о секвестировании даже защищенных статей бюджета. У нас нет никаких гарантий, что в этой ситуации федеральная и региональные власти выполнят свои обязательства по финансированию театров хотя бы в прежнем, явно недостаточном объеме.

Сложные социально-экономические условия обусловливают необходимость для театров ситуацию выжить в нищете, сохранив лицо. Последнее, к сожалению, не всегда удается. Поэтому стратегия СТД РФ должна, как и раньше, ориентироваться на опережение, приложение сил для обеспечения гарантий нормального функционирования всех театров - независимо от формы собственности - при переходе к системе самоорганизации театральной жизни.

Это означает, что должны быть созданы равные "стартовые" условия для нормальной деятельности театров всех организационно-правовых форм.

Сегодня в России нет четко сформулированной, артикулированной государственной культурной политики, обеспеченной необходимыми, прежде всего - финансовыми, ресурсами. Ее приоритеты совсем не очевидны и создается впечатление, что они ситуативны и направлены на очередное "латание дыр". Практически все заявления руководителей государства о развитии отечественной культуры есть, всего лишь, необязательные для выполнения декларации о намерениях. Обществу не предложены ни "образ будущего" России, ни место культуры в нем, ни социальная роль культуры в достижении этого будущего.

Проводимая государством театральная реформа не подкреплена в должной мере соответствующими социальными условиями, надежной правовой и финансовой базой. Очевидно, однако, что будущее России прямо зависит от того, насколько богатой и разнообразной будет художественная жизнь страны, ее культура. Обязанность государства - в ответ на вызов XXI века уделять культуре свое державное внимание, создавать нормальные "стартовые" условия для ее развития.

Получить текст документа в формате Microsoft Word (в архиве ZIP)

Театр в современной России (состояние и перспективы) / Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ. - 1998. - № 4 (71). - стр. 34-39

Просмотров: 998 | Добавил: maska | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]