Приветствую Вас, Гость
Главная » Статьи » Мои статьи

Жизнь актёра…
Интервью с Валерием Яременко...

Валерий Яременко:
"Я чувствую себя вулканом, который законопатили и забыли до лучших времен"

С любезного разрешения популярного артиста театра и кино, ведущего одной из телепрограмм Валерия ЯРЕМЕНКО мы с вами, читатель, находимся сегодня, 25 ноября. в его гримерной на 3-м этаже Театра им. Моссовета, на сцене которого идет спектакль "Двенадцатая ночь, или Все равно что". На артисте нечто джинсовое и меховая безрукавка с бубенчиками - костюм шута Фесте. Наготове аккордеон. Густая каштановая шевелюра перевязана резинкой и забрана под шутовской колпак. На гримировальном сто лике и на стене, над зеркалом - вылепленные из цветного пластика профильные ба-рельефчики и маленькие скульптурные бюсты-шаржи. их черты кажутся знакомыми. Артист готовится к выходу, отвечает на вопросы, одновременно прислушивается к радиотрансляции спектакля, чтобы не опоздать к своему эпизоду, и реагирует на влетающих в комнату и вылетающих из нее партнеров и сослуживцев. Изредка он удаляется на сцену и вскоре возвращается - это уже не шут Фесте, но еще и не Валерий Яременко. Бе седа продолжается, она несет отпечаток сиюминутного творческого перевоплощения.

- Валерий, во всех ваших ролях и выходах на сцену есть особенность, может быть, от ражающая вашу личность: вы и в ансам бле, и вместе с тем держитесь так, словно вы в стороне от всех. Каково ваше отно шение к понятию актерского ансамбля?

- Тема эта для меня болезненная. Если коротко, то я думаю, что, вероятно, Театр им. Моссовета до конца не стал моим театром. В последнее время мне становится больно оттого, что у меня нет настоящих,серьезных ролей - с судьбой, личной темой, ролей, которые раскрыли бы меня как актера с неожиданной стороны. Я играю считанные роли, от которых получаю какое-то удовольствие. Хотя я благодарен своему театру, я люблю многих его актеров, я чувствую, как замечательно относятся ко мне Борис Владимирович Иванов, Ольга Михайловна Остроумова, Сергей Юрьевич Юрский. Я до сих пор помню свои ощущения, когда Сергей Юрьевич подошел ко мне, вчерашнему студенту ГИТИСа, и сказал какие-то добрые слова. И такие крылья мне подарил! Сегодня он обращается со мной как с коллегой, говорит мне вещи, к которым я прислушиваюсь. Я очень рад, что сейчас приступил к новой работе (не в Театре им. Моссовета, из-за суеверности не буду рассказывать подробности), в которой встречусь с С. Юрским как с режиссером и актером.

- Недавно вышла книга об Олеге Табакове, где приведен такой его совет: артист должен быть всегда наготове, должен впрок готовить для себя роли. Так он сам когда-то сыграл в Чехословакии Хлестакова...

- Замечательный совет, но... Расскажу вам такой случай. Когда я только пришел в театр и увидел спектакль "Человек как человек" М. Вайля по пьесе Брехта, я влюбился в главного героя, которого отлично играл Валерий Сторожик. Я тут же взял пьесу и начал самостоятельно работать над ролью. Не заподозрите меня ни в чем плохом, просто мне естественным казалось быть готовым к роли: а вдруг понадоблюсь? Но когда коллега увидел у меня на столе пьесу, мне стало стыдно и я забросил свою идею. К сожалению, я уже привык к тому, что вижу одни и те же лица в театральных антрепризах. Что делать молодому актеру (я сейчас даже не о себе говорю)? Чтобы сыграть в спектакле, на который финансисты дадут деньги, нужно иметь имя, а чтобы заработать имя, надо сняться в кино, а в кино в главных ролях снимаются пять, семь, восемь человек, мы их всех прекрасно знаем, они переходят из фильма в фильм. И получается замкнутый круг. Однако вернемся к теме самостоя тельного труда. Когда я получил роль Иуды в рок-опере "Иисус Христос - суперзвезда", где главное - уметь петь на профессиональном уровне, я стал заниматься вокалом с актрисой театра "Летучая мышь" Натальей Трихлеб. Надо мной посмеивались, но сегодня мне не стыдно позвать на спектакль какого-нибудь вокалиста: я проделал очень большую работу и даже стал уважать себя за это. Правда, у меня была школа: во-первых, музыкальное образование (аккордеон), во-вторых, я служил в Ансамбле песни и пляски Черноморского флота. Даже сейчас, когда у меня нет новых ролей, я все равно стараюсь держать себя в форме. И не только тело, но и душу. Может быть, не здесь, так в другом месте, в любой час могут позвонить, пригласить и т.д. Я не люблю, когда на сцену выходят молодые мужики (это касается и женщин) с висящими боками.

- Валерий, может быть, вам следует поговорить с режиссерами о ролях, которые вам хотелось бы сыграть? В вашем театре работает А. Житинкин, которого зовут "режиссер-аншлаг", каждый актер у него становится звездой...

- Значит, я не актер Житинкина. Вероятно, моя беда в том, что я не борец, я не борюсь за свои права, за свои мечты, но что делать: один рождается танком, другой созерцателем. Мне всегда казалось, что я предназначен для вторых, для третьих ролей, что я не достигну тех высот, на которые посягают многие мои друзья, что я всегда буду, наверно, быком, которого запрягают в плуг, и он пашет свое поле. Вот я и стал таким быком. А, например, Сергей Проханов, с которым я работал, успел создать свой театр, и я поражаюсь его таланту организовать себя и дело. Просто, наверно, звезды еще так не сошлись, чтобы на меня ставили спектакль. Режиссеры отдают другим первые роли, а я заполняю собой пространство, играю, как у нас говорят, "атмосферные" роли. Иногда я получаю новую роль и думаю: наверно, опять "Яременко в собственном соку", и, к сожалению, часто не ошибаюсь. Используется какая-то часть моих навыков: "Ах, он может спеть, ах, он может потанцевать..." Да, могу, но уверен, что могу и еще кое-что. В последнее время я ощущаю себя вулканом, который законопатили и забыли до лучших времен. И все-таки я верю, что жизнь моя начнется после 40. Я еще не родился по-настоящему как актер. Когда мне было 28, я был менее интересен, чем сейчас. Мне иногда везет на встречи с интересными людьми. Совсем недавно я участвовал в записи компакт-диска со стихами Марины Цветаевой "Лебединый стан", музыку к которому написала композитор Валерия Беседина. Эта работа в какой-то степени компенсирует не сыгранные мной роли. Кстати, у меня такое предчувствие, что меня ждет что-то настоящее в жанре музыкального театра, к чему я себя и готовлю. Однажды Барнаульский музыкальный театр пригласил меня сыграть роль Иуды в спектакле "Иисус Христос - суперзвезда", который они поставили. Я поехал, не видя спектакля, не зная никого. У меня было всего 4 часа времени на то, чтобы хоть во что-то вникнуть. В Барнауле я почувствовал себя премьером, познал уверенность в себе как в человеке, который может что-то организовать.

- Валерий, вспомните, пожалуйста, ко гда вы решили стать артистом?

- Я уже с детства знал, что буду артистом, особенно когда убедился, что не стану ни следователем, ни укротителем зверей в цирке, ни фигуристом, тем более что в Севастополе, где я родился, большие проблемы с ледовыми площадками. В школе всегда участвовал в самодеятельности и приносил медали и почетные грамоты. Часто не ходил на физику и математику, меня отпускали, потому что знали: мальчик будет артистом и сделает доброе дело. А сейчас я превратился, как говорит моя мама, в живую легенду нашего города.

- Станиславский советовал актерам наблюдать за людьми, их привычками, жестами, характерами и использовать наблюдения в работе над образом. Вам это свойственно?

- Когда мы делали этюды на первом курсе, настал момент, когда Б.Г. Голубовский при всех сказал: "С сегодняшнего дня я разрешаю Яременко этюды на темы о животных не показывать, он перевыполнил план на все четыре года вперед". Я действительно увлекался наблюдениями. Считаю, что это актеру необходимо. Иной раз в метро уви дишь такой типаж, что, кажется, на сцене ничего делать не надо, только повтори...

- Есть ли принципиальная разница между выступлением на сцене и съемкой в фильме?

- Когда я смотрю свои роли, которые мне удалось оставить на целлулоиде, то хочется все переделать, но увы - ничего не поделаешь. А в театре я имею великую возможность самосовершенствоваться. Я честно скажу, что не очень люблю премьеры, на них я выхожу еще сырым и где-то после 15-го или 20-го спектакля начинаю обретать уверенность в себе. Кино - это игра света и тени, в кино легче обмануть зрителя, в театре - сложнее.

- Известно, что такое психофизическое состояние артиста, а у зала бывает разное состояние? Оно воздействует на сцену?

- Конечно. Бывает глупый зал, когда зрители реагируют на всякие пошлости, и плохо, когда актеры начинают идти на поводу у этого настроения. Бывает интеллигентный зал, бывает чопорный, где публика не позволяет себе распахнуть свое сердце. Зал - это живой организм. Бывает такой зал, что мы ходим и говорим: господи, какой спектакль, как мы гениально работаем! Иногда я чувствую, как напрягаются мышцы у людей в зале и как им становится стыдно за подростка, который уронил пивную бутылку и громко переговаривается с соседом. Актеры все это видят и не могут не реагировать. Однажды в "Школе жен" я забыл текст (к сожалению, мы редко играем этот спектакль), и зрители мне подсказали, причем я сразу не расслышал и переспросил. Но все сошло гладко, потому что роль построена на кон такте с публикой и большинство зрителей подумали, что так и надо.

- Валерий, расскажите, пожалуйста, о своем отношении к многочисленным поклонникам и поклонницам.

- У меня есть поклонники, точнее поклонницы, которых я знаю в лицо много лет. Они не изменяют мне, следят за моим творчеством и иногда говорят мне очень правильные вещи. Иногда мне дарят музыкальные новинки. Я рад, что есть поклонники, которые приносят мне новое знание. Есть поклонники, которые пишут мне прекрасные, талантливые стихи - видите, лежит книжечка-сам издат? Дарят мягкие и шоколадные игрушки, которые я приношу домой сыну (он у меня учится во втором классе). Но иногда встречаются поклонники с маниакальным напором, от которых я, увы, не могу спря таться за темными стеклами 600-го "мерседеса", я на него не заработал.

- Вы находите время воспитывать своего сына, общаться с ним?

- Я не из тех актеров, которые заняты нарасхват. Нет. Этим летом я побывал благодаря фильму Грамматикова на фестивалях. После этого сыграл маленький эпизодик в "Д.Д.Д." и снялся в сериале "Директория смерти". Все!!! Больше нигде не снимался, в своем театре ничего не репетирую. Но озвучиваю мультфильмы, и эта работа мне очень нравится, не ожидал, что это так интересно. Так что время у меня есть, я отвожу сына в школу, иногда и встречаю. Было бы хорошо, если бы я переживал из-за того, что времени нет. Есть, к сожалению, есть.

- Валерий, вы дома можете что-нибудь смастерить, починить, приготовить еду?

- Очень люблю готовить и думаю, что делаю это хорошо. Что касается починки крана, то профессионал это сделает лучше, чем актер, но тем не менее считаю себя надежным помощником своей жены. Леплю из пластика дружеские шаржи: вот на столе Мирошниченко Ирина, это Неля Пшенная, Леонид Евтифьев... Много фигурок раздарил. Когда приезжаю в Бердянск к тестю и теще, первым делом беру в руки лопату... Наверно, что-то крестьянское во мне сохранилось. Извините, бегу! Мой последний выход. Будете уходить - просто прихлопните дверь гримерки...

И, махнув рукой, Валерий Яременко - уже почти шут Фесте - исчезает...
Категория: Мои статьи | Добавил: maska (24.06.2011)
Просмотров: 450 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]